— Вам было лень заехать в магазин, родные гости? Тогда и мне лень вас кормить, — бросила хозяйка.
Алёна только что сняла рабочие туфли, когда резкий звонок домофона разорвал вечернюю тишину квартиры. В трубке послышался весёлый и беззаботный голос:
— Мы уже подъезжаем! Открывай!
Татьяна. Золовка. Та, которая никогда не считала нужным предупреждать о своих визитах заранее. Алёна растерянно глянула в зеркало — уставшее лицо после смены в больнице, растрёпанные волосы. Так хотелось просто упасть на диван и не шевелиться до утра.
— Кто там? — раздался голос Олега из кухни, не отрываясь от газеты.
— Твоя сестра с детьми, — нажала на кнопку замка Алёна. — Похоже, приехали в гости.
Муж только усмехнулся и перевернул страницу. Для Олега это было привычным делом — родственники появлялись внезапно, а заботы о размещении и кормлении как-то сами ложились на женские плечи.
Через несколько минут раздался стук в дверь. Алёна открыла и увидела Татьяну с двумя детьми — десятилетним Максимом и восьмилетней Кристиной. В руках у золовки была лишь спортивная сумка, явно набитая одеждой.
— Привет! — Татьяна прошла в прихожую, снимая лёгкую куртку. — Как же было душно в поезде! Еле доехали.
Дети молча топтались за спиной матери, оглядывая квартиру. Кристина зевнула и потёрла глаза кулачком.
— Проходите, — Алёна отступила в сторону. — А где ваши вещи? Сумки?
— Это всё, что у нас есть, — махнула рукой Татьяна. — Мы ненадолго, всего на пару дней. Ой, на вокзале всё такое дорогое! В магазин не успели заглянуть, поезд ушёл.
Алёна кивнула, но внутри что-то неприятно ёкнуло. Несколько дней без продуктов означали, что придётся готовить из того, что есть в холодильнике, а поход в супермаркет был запланирован на выходные.
Олег вышел из кухни и обнял сестру.
— Как доехали? Всё в порядке?
— Нормально, нормально, — улыбнулась Татьяна. — Дети, конечно, устали. Хотят есть.
— Сейчас что-нибудь приготовлю, — автоматически ответила Алёна. — Проходите, располагайтесь.
Она проводила гостей в гостиную, быстро убрала с дивана журналы и подушки. Олег включил детям телевизор, а сам вновь укрылся в кухне со своей газетой.
— Вы не против, если мы тут поспим? — села Татьяна в кресло. — Диван вроде удобный.
— Конечно, — кивнула Алёна. — Сейчас принесём постельное бельё.
В холодильнике обнаружилось куриное мясо, запланированное на завтрашний ужин, немного овощей и крупа. Алёна достала сковороду и принялась готовить. За окном темнело, а усталость давила так, что руки едва держали нож.
— Мам, что на ужин? — заглянул в кухню Максим.
— Сейчас всё будет готово, — улыбнулась Алёна мальчику. — Немножко потерпи.
Через полчаса на столе стояли тарелки с жареной курицей, рисом и салатом из помидоров. Татьяна села за стол с видом уставшей путешественницы, требующей особого внимания.
— Как аппетитно пахнет! — сказала золовка, накладывая себе щедрую порцию. — Я думала, что останемся голодными.
Дети ели молча и сосредоточенно. Олег жевал рассеянно, поглядывая в телефон. Алёна наблюдала, как исчезает еда, которой должно было хватить на два дня.
— Спасибо, очень вкусно, — сказал Максим, допивая компот.
— Пожалуйста, — ласково погладила мальчика Алёна. Хоть кто-то сказал спасибо.
После ужина Татьяна устроилась на диване с телефоном, а дети разбежались по квартире. Кристина нашла в шкафу старые игрушки и раскидала их по полу. Максим включил планшет и погрузился в игру.
Алёна убирала со стола, мыла посуду, потом постирала постельное бельё для гостей. Олег ушёл спать, пробормотав:
— Родня же. Потерпим пару дней.
К одиннадцати вечера Алёна, наконец, уложила детей на диван, застелила им постель. Татьяна устроилась в кресле-кровати, которую пришлось разложить специально.
— Спокойной ночи, — сказала Алёна, выключая свет.
— Спокойной, — ответила золовка. — И спасибо за ужин.
Алёна легла рядом с мужем, который уже похрапывал. Завтра снова работа, а значит, рано вставать. А гости будут дома, и их нужно кормить завтраком, обедом и ужином из того, что осталось в холодильнике.
Утром Алёна поднялась в половине седьмого, как обычно. На кухне она обнаружила Татьяну, стоявшую у открытого холодильника с недовольным видом.
— Что у вас здесь поесть? — спросила золовка. — Дети проснулись и хотят завтрак.
— Сейчас приготовлю, — включила чайник Алёна. — Есть какие-то предпочтения?
— Нет, что найдётся, — пожала плечами Татьяна. — Только детям нужно что-то сытное. Максим без мяса не наедается.
Мяса не было. Алёна пожарила яйца, нарезала сыр и колбасу, которые берегла на выходные. Заварила чай, достала печенье. Дети завтракали с аппетитом, Татьяна ела медленно, изучая содержимое тарелки.
— А во сколько вы обычно с работы приходите? — спросила золовка.
— Обычно в половине седьмого, — допивала чай Алёна, стоя. — А почему?
— Так, интересно. Днём, наверное, погуляем с детьми. Посмотрим город.
Олег позавтракал молча и ушёл на работу. Алёна тоже собралась и отправилась в больницу, оставив гостей дома. Весь день её мучила мысль: что они там едят? И чем придётся кормить их к ужину?
Вечером Алёна вернулась домой и обнаружила на кухне полный беспорядок: крошки на столе, грязная посуда в раковине, пролитый чай на плите. Татьяна сидела в гостиной с телефоном, а дети смотрели мультики.
— Как прошёл день? — спросила Алёна, снимая куртку.
— Нормально, — не отрываясь от экрана, ответила золовка. — В парке гуляли, мороженое детям купили.
— А обедали?
— Да, кое-что нашли в холодильнике. Максим пожарил яичницу.
Алёна заглянула в холодильник. Пусто. Совсем пусто, кроме баночки горчицы и варенья. Вечером снова предстояло готовить ужин, а ингредиентов почти не было.
— Олег, — тихо позвала Алёна мужа в спальню. — Нужно сходить в магазин. Еды совсем не осталось.
— Ну сходи, — отмахнулся Олег, не поднимая глаз от газеты. — В чём проблема?
— Проблема в том, что я уже три дня кормлю твоих родственников из своей зарплаты, а они даже спасибо не говорят.
— Да что ты разгорелась? — муж наконец посмотрел на жену. — Два дня потерпеть не можешь? Это же мои племянники.
— Уже третий день, Олег. И никто даже не предложил скинуться на продукты.
— Ну попроси их.
— Я не должна просить! Это элементарная вежливость — приехать в гости с продуктами или хотя бы предложить сходить в магазин.
Олег пожал плечами и вновь уткнулся в газету. Разговор был закончен.
Алёна пошла в магазин одна и потратила две тысячи рублей на продукты для всех. Дома она приготовила ужин — тушёное мясо с картошкой. Татьяна ела с аппетитом и хвалила:
— Какая же ты хозяйственная! Умеешь же готовить.
Дети снова ели молча. После ужина Алёна убирала кухню, а гости смотрели телевизор.
— А ты завтра собираешься в магазин? — осторожно поинтересовалась Алёна у золовки.
— А зачем? — удивилась Татьяна. — Ты сама так вкусно готовишь, что мы бы и не справились. Да и детям твоя еда больше нравится…
Алёна кивнула и промолчала. Внутри постепенно нарастало чувство тяжёлого и горячего раздражения.
На четвёртое утро она проснулась с твёрдым решением. Быстро оделась, собрала в сумку всё съедобное из холодильника — остатки сыра, несколько яблок, печенье. Оставила на полке открытую банку варенья, чёрствый хлеб и горчицу.
Олег ещё спал, гости тоже. Алёна тихо вышла из квартиры и поехала на работу.
Вечером она вернулась домой позже обычного. В квартире царила странная тишина — такая, что бывает после бури. Воздух казался разреженным, словно произошло что-то важное, пока хозяйка отсутствовала.
На кухне в раковине лежала единственная кастрюля с остатками кипятка. Рядом на столе — чайная ложка и пустая банка варенья, которую кто-то старательно вычистил до дна. Больше никаких следов готовки не наблюдалось.
Олег сидел в гостиной с выражением, словно весь мир настроился против него лично. Лицо было оскорблённое, брови нахмурены, между ними глубочайшая складка.
— Мы целый день ели бутерброды, — сказал он, когда Алёна проходила мимо. — Ты хотя бы предупредила.
Алёна спокойно сняла куртку и повесила её в шкаф. Ни слова не ответила. Прошла на кухню и открыла холодильник — пустота, как и ожидалось. Только горчица и остатки хлеба.
— Алёна! — позвала Татьяна из гостиной. — Мне нужно с тобой поговорить.
Золовка зашла на кухню с решительным видом. Дети сидели на диване, молча наблюдая за происходящим.
— Я думала, ты приличная хозяйка, — начала Татьяна, скрестив руки на груди. — А ты так с семьёй поступаешь! Мы же к тебе не каждый день приезжаем. Это просто неприлично — оставить гостей без еды.
Алёна обернулась и внимательно посмотрела на золовку. Татьяна стояла, уверенная в своей правоте.
— Вам было лень заехать в магазин, родные гости? Тогда и мне лень вас кормить, — тихо сказала Алёна, не повышая голоса.
— Что?! — Татьяна даже рот раскрыла от удивления. — Ты серьёзно?
— Абсолютно серьёзно.
— Но мы же семья! — начала размахивать руками Татьяна. — Семейные связи ни о чём не говорят? Гостеприимство? А мама? Мама бы никогда так не поступила! У неё всегда был полный стол для родственников!
— Вот и езжайте к маме, — спокойно бросила Алёна.
— Алёна! — Олег вышел на кухню. — Может, ты перегнула? Надо было как-то мягче. Они же дети привезли.
Алёна медленно повернулась к мужу. Посмотрела на него долго и внимательно, словно видела впервые.
— Хочешь — догоняй их, — сказала она размеренно. — Но за мой счёт тут никто жить не будет. Больше никто и никогда.
Олег открыл рот, чтобы что-то возразить, но Алёна уже развернулась и ушла в спальню. Дверь за ней закрылась с тихим щелчком.
Татьяна постояла на кухне, переводя взгляд с пустого холодильника на дверь спальни. Потом тяжело вздохнула и пошла в гостиную к детям.
— Мама, мы домой поедем? — тихо спросила Кристина.
— Да, завтра поедем, — сухо ответила Татьяна.
На следующее утро никто не завтракал. Татьяна молча собирала детские вещи, а Максим с Кристиной сидели на диване, готовые к отъезду. Олег помог донести багаж до лифта, но проводы были молчаливыми. Ни объятий, ни поцелуев, ни приглашений приезжать ещё.
— Ну, пока, — сказала Татьяна, когда двери лифта открылись.
— Пока, — коротко ответил Олег.
Дети помахали рукой и исчезли за дверью.
Следующие два дня Олег ходил по квартире тихо, как мышь. Готовил себе пельмени из морозилки, аккуратно убирал за собой посуду, читал газету молча, телевизор смотрел в наушниках. На жену поглядывал украдкой, но разговор не заводил.
На третий день муж сам сходил в магазин, принёс два пакета с продуктами и поставил их на кухонный стол без комментариев. С тех пор имя Татьяны в доме больше не упоминалось.
Алёна вернулась к привычному ритму. Готовила ровно на двоих, без запаса. Покупала продукты по списку, рассчитанному на неделю. Никого не ждала, ни к кому не приспосабливалась.
В выходные Олег предложил:
— Может, в кино сходим?
— Отличная идея, — согласилась Алёна.
Муж купил билеты и попкорн, они сидели рядом в кинотеатре, смеялись в одних и тех же местах. Потом зашли в кафе, заказали кофе и десерт.
— Знаешь, — сказал Олег, размешивая сахар, — я понял одну вещь.
— Какую?
— Родство — это не повод нарушать чужие границы.
Алёна кивнула и сделала глоток кофе. Не стала говорить, что поняла это давно. Просто кивнула.
Через месяц Татьяна позвонила Олегу. Хотела приехать на майские праздники с детьми. Олег сказал, что подумает и перезвонит. Но не перезвонил.
Холодильник в доме Алёны больше не становился бесплатной кормовой базой для гостей. Продукты предназначались только для тех, кто понимал простую истину: уважение начинается не с родственных связей, а с элементарной вежливости — зайти в магазин, прежде чем садиться за чужой стол.
Алёна больше не пыталась быть удобной для всех. И жизнь стала гораздо спокойнее.
