«Как свёкры продали собственное жильё, соврали про нищету и приперлись жить к сыну с невесткой, пока их не выставили»
– Стоп! – Антон начал заметно раздражаться, судя по тону. – Хватит увиливать. Говорите прямо, как есть!
– То есть теперь ты нам ещё и не доверяешь?
– Ладно, тогда нам от вас никакой помощи не потребуется. Завтра отправимся в агентство недвижимости, будем искать вам новую квартиру. А пока поживёте в гостинице.
– Ну что, дорогие, теперь мы будем жить с вами! – с порога заявила свекровь, Раиса Александровна. – Хочу быть поближе к внуку. И вам с младенцем помощь не помешает.
Евгения в изумлении наблюдала, как свёкры заносят в их двухкомнатную квартиру огромные чемоданы.
– Как это с нами? – наконец проговорила она, придя в себя. – Нам же негде вас разместить.
И это была чистая правда: в небольшой двухкомнатной квартире уже проживали трое — сама Евгения, её муж Антон и их новорожденный сын Лёня. В одной комнате была спальня супругов, в другой — детская.
– Как это «негде»? – удивился свёкр Богдан Анатольевич. – У вас ведь две комнаты. Вы в одной, мы в другой.
– Там детская! – повысила голос Евгения.
– Да ты только попробуй здесь закричи! – возмутилась свекровь. – Лёньке всего месяц, зачем ему своя комната?
– Потому что месяц пролетит очень быстро, ребёнок растёт. И мы не покупали отдельную квартиру, чтобы втроём ютиться в одной комнате! Я против!
– А кто тебя спрашивает? – усмехнулся свёкр.
– Вот именно, – поддержала его Раиса Александровна. – Это дом моего сына, он и решает!
– Это наша общая квартира! – возразила Евгения. – И без моего согласия здесь никто жить не будет!
– Ах так?! – вскрикнула свекровь, достала телефон и позвонила Антону: – Сынок, привет. Объясни своей невоспитанной жёнушке, что выгонять нас она не имеет права… Даже на порог не пускает, а мы приехали… Трубку ей дать? – Она подняла взгляд на Евгению и протянула ей телефон: – Вот, Антон сейчас тебе объяснит, где твоё место.
Евгения прижала трубку к уху.
– Жень, что случилось? – удивлённо спросил Антон. – Я понимаю, что у вас с мамой не всё гладко, но чтобы с порога выгонять? Они просто приехали, что страшного?
– Тош, они не приехали в гости, а с чемоданами! Ходят и говорят, Лёню в нашу комнату забрать, ему же месяц, зачем отдельная? Ты сначала объясни, почему твои родственники решили остаться у нас навсегда?
– Навсегда?
– Именно так!
– Через двадцать минут буду!
Евгения кое-как предотвратила их попытки сразу развести вещи. После долгих споров чемоданы всё же оставили в прихожей и прошли на кухню. Евгения молча разливала чай, стараясь не смотреть на незваных гостей. Богдан Анатольевич угрюмо уселся в угол. Раиса Александровна нарочито весело щебетала о том, как здорово всем будет жить вместе.
Евгения даже не хотела представлять себе это «здорово». Бесцеремонность свёкров могла довести до белого каления любого, даже спокойного Антона. У него отношения с родителями тоже были непростыми.
С одной стороны, это же родители — их вроде как положено любить. И он любил, старался помогать, поддерживать. С другой — он не выносил уровень «близости», который требовали родители, не признававшие границы. Поэтому встречи были крайне редкими.
Свёкров к себе почти не звали, старались реже ездить и сами. Особенно Евгения. Обычно Антон ездил к ним один. Свёкры долго привыкали, что нельзя просто вламываться в дом сына.
Несколько лет выстраивался хоть какой-то мир между семьями. И всё равно иногда Раиса Александровна без приглашения вваливалась и раздавала свои «бесценные» советы:
– Совсем мать забыли, не приезжаете, не зовёте, вот я и приехала.
Обычно Евгении хватало сорока минут, чтобы демонстративно собраться, заявив, что у них планы и пора уходить. Антон всегда поддерживал этот план. Так удавалось выставить свёкров, и жизнь на время шла своим чередом — до следующего проявления материнской «любви».
И вот теперь Раиса Александровна с Богданом Анатольевичем решили переехать к ним. Евгению такой поворот событий категорически не устраивал.
Всё, что угодно, только не это. Надежда оставалась на Антона — чтобы он не поддался манипуляциям. Для себя Евгения решила: ни дня не проведёт в одной квартире со свёкрами. Если не удастся их выставить, она соберёт вещи и уедет к родителям.
Родня роднёй, а нервы дороже.
Антон, конечно, не приехал через двадцать минут. Пока объяснял ситуацию начальнику, завершал текущие дела и добирался до дома — прошло не менее часа. Днём дороги были свободны.
– Мам, ты можешь объяснить, что происходит? Почему вы вдруг решили переехать к нам?
– Разве нужен повод, чтобы быть ближе к сыну?
– Нужен, и очень серьёзный. С твоим здоровьем всё в порядке? Нужен уход?
– Антон, я ещё не готова, – попыталась вмешаться Евгения.
– Подожди, я пока пытаюсь просто разобраться.
– Нет! – резко перебила свекровь. – Я подумала, Женечке, наверное, тяжело одной с малышом. Мы бы помогали: с уборкой, с готовкой, да и Лёней заниматься — нам только в радость.
– Мам, если бы нам нужна была помощь, мы бы попросили. Женя справляется сама, а если что, я всегда готов подстраховать. Так что переезд для нас не нужен.
– Но мы же уже приехали!
– Это совсем другое дело: сначала нужно было созвониться, обсудить идею, и если бы мы согласились — тогда можно было бы переезжать. Но повторяю: нам ваша помощь не требуется, и лишнего места у нас нет.
– Так целая комната же свободна!
– Это комната моего сына. Ты же не станешь отбирать пространство у своего любимого внука!
Раиса Александровна замялась, подбирая слова, чтобы не выглядеть сейчас черствой и бездушной. За годы Антон научился выбирать слова, которые точно заденут мать — хотя бы на время.
– Значит, выгоняете нас? – вмешался Богдан Анатольевич. – Родных родителей на улицу выставляете?
– Почему на улицу? – удивлённо переспросила Евгения. – У вас же своя квартира.
– А мы её продали. Нужно освободить к концу недели. Антош, кстати, место в гараже расчисти, мебель перевезти надо, и по мелочи ещё кое-что.
– Как продали? – хором переспросили супруги.
– Вот так, продали! – сухо ответила Раиса Александровна. – Мы решили переехать к тебе, зачем нам вторая квартира? Возиться с ней! А так могли бы помочь финансово. Даже купить что-то побольше, чтобы Лёнечке своя комната была.
Ну, со временем. А сейчас ему лучше с мамой. Внимание нужно, а вы за стеной. Разве так можно!
Евгения усмехнулась: нашла способ выкрутиться. Выставить невестку нерадивой матерью, а себя — заботливой бабушкой. Язык без костей.
Только вот странная эта история с продажей. С чего такая поспешность? И сыну ни слова не сказали. Евгения видела, что для Антона новость тоже стала неожиданностью.
И про деньги говорит как-то странно. «Можно было бы»… Словно теперь помочь финансово уже не могут. А где деньги от продажи квартиры?
– Ты не увиливай! – Антон, кажется, тоже уловил неладное. – Что за история с продажей? Почему так поспешно?
– Так я же говорю, хотели помочь.
– А с чего вы решили, что нам нужна помощь? У нас всё хорошо: квартира есть, ипотека закрыта, работа, зарплата, ребёнок. Если что-то было бы не так — мы бы попросили помощи.
– Ну так ведь места нет, чтобы нас поселить, разве это не повод?
– Мы вас и селить не собирались! – твёрдо сказал Антон. – Нас устраивает жизнь втроём. Своей семьёй. Квартиру мы покупали для себя. Что за увиливания? «Можно было бы» — а теперь что, уже нельзя?
Богдан Анатольевич недовольно глянул на жену, фыркнул и сказал:
– А куда тебе спешить? Сами говорите, что помощи не нужно, а услышав про деньги — сразу расспрашивать! Куда спешить? Вам расширяться некуда. Только больше уборки будет. Мать права: Лёне пока лучше с мамой в одной комнате.
Раиса Александровна чрезмерно бодро кивнула.
– Так, стоп! – Антон заметно закипал. – Хватит увиливать. Говорите прямо, как есть!
– То есть теперь ты нам ещё и не веришь?
– Ладно, тогда ваша помощь нам не нужна. Завтра пойду в агентство недвижимости, будем искать новую квартиру. А пока поживёте в гостинице.
– Вот ещё! Я сказала, мы будем жить здесь!
– Не будете! – твёрдо сказал Антон. – Это не обсуждается. Значит, звоню в гостиницу и агентство?
Свёкры переглянулись.
– Денег на квартиру нет, – тяжело вздохнул Богдан Анатольевич.
– Как это нет? Вы же продали свою! – Антон окончательно растерялся.
«Что за день сегодня», – подумала Евгения. – «Новость за новостью, и каждая хуже предыдущей. Страшно представить, что будет дальше».
– Вот так! – голос Раисы Александровны задрожал. – Мы наткнулись на мошенников. Подписали какие-то бумаги, нам обещали перевести деньги, тишина, а теперь требуют освободить квартиру.
– Спокойно. Что именно вы подписали?
Антон старался сохранять самообладание, хотя Евгения уже была на грани паники. Если свёкры действительно потеряли квартиру… значит, придётся их поселить у себя? Нет, это она не выдержит. Нужно срочно придумать выход.
– Ну там всякие бумажки, договор и что-то ещё…
«Господи, они что, подписывали, не глядя?» – мысли Евгении парализовали. Антон, заметив её состояние, взял жену за руку.
– Вы расписались за получение денег до того, как их перевели?
– Да что я знаю!
Евгения ощутила, как пальцы Антона дрожат от злости.
– Покажи документы.
– Ну ты же не думаешь, что мы их с собой таскаем!
– Хорошо, поедем в агентство, посмотрим бумаги там.
– Да зачем? – притворно удивился Богдан Анатольевич. – Что это даст?
– Нужно понять, что произошло. Если вы не можете чётко рассказать, я хочу увидеть документы.
– Всё равно ничего не изменит, – продолжала тянуть Раиса Александровна.
– Через какое агентство продавали квартиру? – дрожащим голосом спросила Евгения, пытаясь совладать с эмоциями.
– «Квадратные метры», – нехотя призналась свекровь.
– Поехали! – твёрдо сказал Антон. – Будем разбираться.
– А я никуда не поеду! Просто освободите комнату, и хватит! Зачем устраивать этот балаган?
– Поехали! – Антон был непреклонен. Голос звучал так, что даже непробиваемая Раиса, хоть и с возмущением, смиренно последовала за ним к выходу.
Евгении предстояло остаться с свёкром. Как вести себя с ним, она даже в обычной ситуации не знала. К счастью, через пять минут после того, как Антон и мать уехали, проснулся Лёня: завозился и закряхтел. Евгения тут же подхватила его, чтобы он не расплакался. Следующий час она была полностью занята сыном: мыла, переодевала, кормила, развлекала погремушкой. Можно было бы оставить его с мобилем, который крутился над кроваткой, но идти к угрюмо сидящему свёкру ей не хотелось. Что сказать ему? Или молчать? Нет, лучше остаться с ребёнком.
Через час в прихожей послышались голоса. Евгения поцеловала Лёню в нос, уложила в кроватку и включила мобайл. Убедившись, что он увлечён игрой, пошла на кухню. Хотелось скорее узнать, что на самом деле произошло.
На кухне царила гнетущая тишина.
– Ну и как там? – осторожно спросила Евгения у Антона. Голос прозвучал слишком громко, словно разрывая паузу.
– Плохо, – буркнул Антон. – Они продали квартиру. Никто их не обманывал. Деньги получили полностью.
– Разве это плохо? Значит, смогут купить жильё, верно? – с надеждой уточнила Евгения.
– Нет, – тяжело вздохнул Антон. – Деньги потрачены.
– Как потрачены? Это же несколько миллионов!
– Вот так. Мать на обратном пути призналась, – при этих словах Раиса Александровна гордо отвернулась к окну. – Долги были. Кредиты за несколько лет, расплатиться не смогли. Квартиру продали и решили переехать к нам.
– Можно было бы хотя бы предупредить… Мы бы что-то придумали.
– Я знала, что вы не согласитесь! А выхода нет!
Евгения похолодела. Выставить родителей на улицу Антон вряд ли сможет. Конец!
– Мы всё равно не согласимся! – твёрдо сказал Антон. – С таким подходом вы и нервы нам потрепаете, и семью разорите. Как можно было столько долгов набрать?
– Хотелось хоть немного пожить спокойно на старости лет! Сколько нам осталось-то?
– Не прибедняйся! На тебе ещё работать придётся! Меня переживёшь.
– И куда идти? – спросил Богдан Анатольевич. – На улицу нас выгонят?
– Снимайте квартиру! – безапелляционно сказал Антон. – Если нужно, помогу с поиском и оплатой.
– Да что за бред! – возмутилась Раиса Александровна. – Зачем снимать, если у вас комната свободна? Мы бы помогли, столько проблем решили бы!
– Пока только создаёте новые.
– Рай, пойдём отсюда! – сказал Богдан Анатольевич. – Не нужны мы здесь. Сами воспитали сына, а теперь неблагодарный!
Свёкры молча забрали чемоданы и ушли.
Евгения ошарашенно смотрела на захлопнувшуюся дверь.
– И куда теперь они пойдут? – растерянно спросила она.
– Да сняли квартиру! – зло процедил Антон. – Соседка рассказала. Однокомнатную, в том же районе. Уже неделю там живут. А к нам нагрянули просто так, надеясь, что прокатит.
