— Ты, что, издеваешься?! Я тружусь на двух работах, а оплачивать должна прихоти твоих лодырей! — сорвалась я.
Ольга устало опустилась на диван, медленно массируя виски после изнурительного дня. Сначала восемь часов в офисе, затем ещё четыре — вечерняя подработка бухгалтером у знакомого бизнесмена. Так продолжалось уже третий год кряду. В квартире царила тишина, лишь холодильник монотонно гудел на кухне.
Входная дверь хлопнула — вернулся Сергей. Ольга даже не подняла головы, продолжая растирать виски. Муж проследовал на кухню, зазвенела посуда.
— Оль, будешь ужинать? — окликнул Сергей.
— Аппетита нет, — отозвалась Ольга, не открывая глаз.
Они прожили вместе семь лет. Семь лет, начавшихся с мечтаний и обещаний, а обернувшихся нескончаемыми ссорами и недомолвками. Ольга вспомнила их свадьбу — какими счастливыми они были тогда. Сергей клялся быть её опорой и защитником. Где теперь те слова?
Квартира досталась Ольге от бабушки ещё до брака. Две комнаты, хороший район, окна выходят на парк. Она берегла это жильё как самое ценное в жизни — её единственный настоящий фундамент.
На работе в страховой платили стабильно, но без излишеств, поэтому приходилось подрабатывать вечерами.
Сергей появился в комнате с тарелкой макарон.
— Опять задержалась на работе? — спросил он, садясь напротив.
— А что поделаешь? Нужно же копить на ремонт, да и в отпуск хочется по-человечески, а не на даче у твоей мамы.
Сергей скривился при упоминании матери. Нина Ивановна — отдельная история. Свекровь наведывалась к ним с завидной регулярностью, неизменно жалуясь на здоровье и нехватку денег. И каждый раз визиты заканчивались одинаково: Сергей протягивал ей наличные.
— Кстати, мама завтра собирается приехать, — как бы невзначай бросил он.
Ольга резко распахнула глаза:
— Снова? Она ведь была всего пару недель назад!
— А что я могу? У мамы проблемы с давлением, хочет к врачу.
— К врачу можно и дома сходить, — пробурчала Ольга.
Сергей раздражённо отставил тарелку:
— Оля, это же моя мать! Неужели так сложно проявить немного сочувствия?
Сочувствия… Ольга криво усмехнулась. За семь лет брака Сергей сменил уже пять мест работы: то начальник никуда не годится, то коллектив не устраивает, то платят мало. Сейчас он трудился менеджером в автосалоне, но и там уже начинал жаловаться.
Зазвонил телефон Сергея. Он взглянул на экран и вышел в коридор. Ольга прислушалась — это была Ирина, сестра мужа. Та ещё «героиня»: тридцать два года, двое детей от разных мужчин, бесконечные кредиты и долги. И неизменный рецепт — звонок брату.
Сергей вернулся с виноватым видом. Ольга всё поняла без слов.
— Сколько? — устало спросила она.
— Оль, ну зачем сразу так… У Иры трудности. Дети к школе готовятся, а бывший алименты задерживает.
— Сколько, Сергей?
— Двадцать тысяч. Но она клянётся отдать через месяц.
Ольга вскочила с дивана, руки дрогнули от гнева.
— Через месяц? Как раньше? И позапрошлый раз? Сколько можно, Сергей?!
— Оля, не горячись. Это же семья!
— Семья? — голос Ольги задрожал. — А я кто тогда? Я вкалываю на двух работах, экономлю каждую копейку, а твоя сестра может позволить себе сидеть без дела и жить за наш счёт?
— Ирина трудится! — попытался оправдать сестру Сергей.
— Где? На какой должности? Полставки продавцом — это работа? У неё руки-ноги целы, пусть идёт и зарабатывает!
Сергей нахмурился:
— Ты не понимаешь, у Иры дети…
— У половины страны дети! И что, всем позволено жить за чужой счёт?
Ольга вспомнила, как в прошлом месяце Сергей «занял» пятнадцать тысяч сестре. А до того — десять матери. Она мысленно прикинула: за год родня мужа выпросила более двухсот тысяч. Ни копейки обратно.
На следующий день, как обещал Сергей, приехала Нина Ивановна. Свекровь выглядела свежо для человека с давлением: румяная, в новом наряде, с аккуратной причёской.
— Олечка, как ты похудела! — первой заметила Нина Ивановна. — Совсем о себе не заботишься!
Ольга промолчала, накрывая на стол. Свекровь устроилась удобнее и пустилась в привычные сетования:
— Эх, времена нынче тяжёлые! Всё дорожает, а пенсия крошечная. Вот думаю, может, подработку поискать…
Сергей тут же вмешался:
— Мам, да какая работа в твоём возрасте! Мы поможем!
Ольга с шумом поставила чайник на стол. Нина Ивановна и Сергей удивлённо уставились на неё.
— И чем же мы поможем, Сергей? — холодно спросила Ольга. — У нас и так бюджет трещит по швам.
— Оля! — возмутился муж.
— Что «Оля»? Нина Ивановна, простите, но мы сами едва справляемся. Я вкалываю на двух работах, чтобы хоть что-то отложить.
Свекровь недовольно поджала губы:
— В наше время женщины уважали мужей и ставили семью превыше всего!
— В ваше время мужчины обеспечивали свои семьи, — парировала Ольга, — а не сидели у жён на шее.
Сергей покраснел от злости:
— Оля, ты вообще понимаешь, как разговариваешь?
— Я лишь констатирую факты! — резко ответила она. — За последний год ты трижды менял место работы! И всегда — по собственному желанию!
— Неправда! — попытался возразить Сергей.
— Ах да, прости, — усмехнулась Ольга. — В последний раз тебя ведь уволили за прогулы!
Нина Ивановна всплеснула руками:
— Серёженька, да что она несёт?!
— Мама, Оля всё утрирует… — пробормотал он.
— Утрирую? — Ольга достала из шкафа папку с платежными квитанциями. — Вот, взгляните: счета за полгода, все оплачены с моей карты. А вот выписка с нашего общего счёта — за год Сергей внёс туда сорок тысяч. Сорок! За целый год!
Свекровь замолчала, уставившись на бумаги. Потом медленно подняла взгляд на невестку:
— Но Серёжа ведь помогает тебе по хозяйству…
Ольга рассмеялась — звонко, но с горечью:
— Помогает? Нина Ивановна, когда ваш сын последний раз готовил ужин? Стирал? Или пылесос в руки брал?
Вечером, когда свекровь уехала, в доме повисла вязкая тишина. Сергей сидел в кресле, не отрывая глаз от экрана телевизора. Ольга собирала со стола посуду, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Зачем ты так разговаривала при маме? — наконец произнёс Сергей.
— А зачем твоя мама вмешивается в наши дела? — парировала Ольга.
— Оля, я понимаю, ты измотана. Но нельзя же так остро…
— Нельзя? — в голосе Ольги зазвенела усталость. — Нельзя говорить правду? Сергей, я на пределе! Каждый месяц одно и то же — то матери нужны деньги, то сестре!…
Сергей поднялся и подошёл к жене:
— Оля, это всё ненадолго. Я найду нормальную работу…
— Когда? — перебила она. — Когда ты наконец её отыщешь? И сколько продержишься на новом месте? Месяц, два?
В его взгляде промелькнула обида:
— Ты совсем в меня не веришь?
Ольга тяжело опустилась на стул:
— Я устала верить, Серёжа. Устала надеяться и тянуть всё на себе.
Ночью сон не шёл. Ольга лежала, уставившись в потолок, и думала о прожитых годах. Тридцать два. Семь из них — в браке. Что дальше? Ещё семь лет пахать за двоих? А если учесть бесконечные «долги» твоей родне — то и за троих.
Утром она проснулась с чётким намерением. За завтраком сказала:
— Сергей, нам надо серьёзно поговорить.
Муж настороженно посмотрел на неё:
— О чём?
— О деньгах. О твоих родственниках. О нас.
Ольга достала листок с записями:
— Смотри. За два года твоя мама «занимала» сто двадцать тысяч. Ирина — сто восемьдесят. Всего — триста. Триста тысяч, Серёжа! Это немалые деньги.
Сергей нахмурился, вчитываясь в цифры:
— Откуда они?
— Я веду учёт, каждую мелочь записываю. Знаешь, сколько вернули? Ноль.
— Но ведь у близких бывают трудные времена…
— Бывают у всех! Но почему за их трудности должна расплачиваться я? Мои родители, когда нуждаются, лишний раз звонить стесняются. А твои считают помощь само собой разумеющейся.
Он промолчал. Ольга продолжила:
— Я решила: больше ни копейки твоим родным. Возьмёшь из нашего бюджета без моего ведома — я подам на развод.
Муж побледнел:
— Ты… это серьёзно?
— Никогда не была серьёзнее. Я люблю тебя, но не хочу больше быть для твоей семьи кошельком.
Сергей резко поднялся:
— Это что, ультиматум?
— Назови как угодно. Но терпеть я больше не намерена.
Он вышел, хлопнув дверью. Ольга осталась у окна — на улице моросил дождь.
Через час звонила Ирина — Ольга не взяла трубку. Потом — Нина Ивановна. Снова игнор. Вечером вернулся Сергей, злой и навеселе.
— Доигралась? — бросил с порога. — Мать в больнице, сестра в слезах!
— Это их заботы, — спокойно ответила Ольга.
— Ты просто эгоистка!
— Может быть. Зато эгоистка со своими деньгами.
Сергей шагнул к ней:
— Думаешь, я без тебя не обойдусь? Что ты незаменимая?
Ольга встретила его взгляд:
— Попробуй. Квартира — моя, если забыл.
Следующие дни прошли в ледяном молчании. Сергей спал на диване, демонстративно не разговаривал. Родня названивала, но Ольга не отвечала.
В пятницу, вернувшись домой, она застала на кухне Нину Ивановну и Ирину. Сергей стоял у окна.
— Любопытное собрание, — произнесла Ольга. — Часто вы теперь без приглашения в моём доме собираетесь?
— Мы хотели поговорить, — начала Нина Ивановна.
— Я слушаю.
— Ты рушишь семью! — вспылила Ирина. — Всё из-за каких-то денег!
Ольга усмехнулась:
— «Каких-то»? Ирина, ты за два года вытянула почти двести тысяч! Это мои «какие-то»!
— Но я же верну!
— Когда? Скажи точную дату!
Ирина смутилась:
— Ну… как смогу…
— То есть никогда. Ирина, тебе тридцать два! Пора работать.
— У меня дети!
— И что? Миллионы женщин совмещают детей и труд. А ты — на шее у брата. Вернее, у меня.
Нина Ивановна поднялась:
— Как ты смеешь! Мы — семья Сергея!
— А я — его жена! — парировала Ольга. — И не собираюсь больше содержать взрослых и здоровых.
— Серёжа, скажи хоть что-нибудь! — взмолилась мать.
Сергей продолжал смотреть в окно. Потом повернулся:
— Мам, Ирина, идите домой. Мы с Олей сами разберёмся.
Когда они ушли, он сел напротив жены:
— Может, ты и права. Но это моя семья. Я не могу их бросить.
— Я и не требую бросать, — спокойно сказала Ольга. — Я лишь прошу не кормить их за мой счёт.
— Но своих денег у меня нет!
— Вот именно. Найди стабильную работу, держись за неё и помогай, если захочешь — своими средствами.
Сергей опустил голову:
— Ты ставишь меня перед выбором: они или ты.
— Нет. Я предлагаю выбор: либо ты становишься взрослым мужчиной и главой семьи, либо наши пути расходятся.
Поздней ночью Ольга сидела у окна, глядя на спящий город. В душе было странное ощущение — не боль, не злость, а пустота. Будто что-то важное завершилось.
Наутро Сергей собрал вещи:
— Побуду у мамы, всё обдумаю.
Ольга лишь кивнула. Сил спорить не осталось.
Когда за ним закрылась дверь, она ощутила лёгкость. Впервые за долгие месяцы. Будто огромный груз слетел с плеч.
Вечером она сидела на кухне с чашкой чая. Тишина. Никто не звонит, не требует денег, не устраивает сцен. Только покой.
Ольга ясно осознавала: впереди непростой разговор, возможно, развод. Но сейчас, в эту минуту, она чувствовала себя свободной — от чужих долгов, претензий, манипуляций. И твёрдо знала: кем бы ни решил быть Сергей, больше она не позволит превращать свою жизнь в кошелёк для чужих нужд. Хватит. Время жить для себя.
