Елена подняла бокал с шампанским, улыбаясь подруге Ольге. День рождения прошёл удачно — в кафе собралось около двадцати человек, смех не смолкал, и она впервые за месяцы почувствовала себя просто женщиной, а не только матерью маленькой Юли.
— За твоё счастье! — произнесла она, когда телефон резко зазвонил.
— Елена, где ты?! — голос Михаила был явно раздражён. — Дочь плачет уже полтора часа!
— Михаил, я же предупреждала, что задержусь. Ольга празднует день рождения раз в году. Мы же договаривались…
— Ты обещала вернуться через два часа! А прошло уже три!
Елена отошла от стола, чтобы не мешать другим.
— Попробуй дать ей бутылочку с водой. Может, ей просто жарко.
— Я всё перепробовал! Юлька больна, ей нужна мать!
— Миша, успокойся. Проверь памперс, может, натирает. Я буду через час.
— Нет! Приезжай немедленно! — Михаил почти кричал. — Или тебе всё равно на собственную дочь?
— Ладно, приеду на десять минут раньше.
— Елена, ты… — гудки. Он сбросил звонок.
Елена вернулась к столу, но настроение было испорчено. Подруги окружили её заботой.
— Что случилось? — с участием спросила Ольга.
— Юля плачет, а Миша не может её успокоить. Говорит, что болеет.
— Господи, так он же мужчина! — вмешалась Татьяна. — Мой Игорь тоже паниковал вначале. Думал, ребёнок сломается от любого прикосновения.
— А мой муж до сих пор не понимает, почему дочка плачет, — засмеялась Марина. — Зовёт меня по каждому поводу.
— Девочки, может, мне всё-таки поехать? — сомневалась Елена.
— Ты первый раз за три месяца вышла из дома! — твёрдо сказала Ольга. — Час подождёт. Пусть учится быть отцом.
Елена пыталась включиться в разговор, когда в кафе ворвался Михаил с плачущей Юлей на руках.
— Вот она! — громко воскликнул он. — Мать года! Пока дочь мучается, она тут развлекается!
Все разговоры замерли. Посетители оборачивались, а Елена покраснела.
— Миша, что ты делаешь? — тихо произнесла она.
— Делаю то, что должен был сделать час назад! — Михаил театрально качал плачущего ребёнка. — Принёс безответственной матери умирающую дочь!
— Прекрати устраивать спектакль, — встала Ольга. — Это неуместно, и дочка, напомню, тоже твоя.
— А ты не лезь! — огрызнулся он. — Это ты её оторвала от Юльки. Вот смотри, — указал он на мокрые глаза девочки.
— Молодой человек, потише, — обратился к нему седовласый мужчина за соседним столиком. — Здесь люди ужинают.
— Не ваше дело! — рявкнул Михаил. — Это моя жена бросила больного ребёнка!
— Миша, пожалуйста, — Елена встала и взяла дочь на руки. Юля практически сразу успокоилась.
— Оля, прости, — обратилась она к подруге. — Мне нужно уйти.
— Конечно нужно! — злорадно усмехнулся Михаил. — Наконец-то вспомнила о материнских обязанностях!
— Не извиняйся, — Ольга обняла подругу. — Это не твоя вина.
— Иди к чёрту! — не выдержала Татьяна. — Нормальные мужчины так себя не ведут!
Михаил хотел что-то сказать, но администратор кафе решительно подошёл к их столику.
— Извините, но я вынужден попросить вас покинуть заведение. Вы мешаете другим посетителям.
Дома Елена сняла с дочери кофточку и обнаружила на внутренней стороне воротника торчащую этикетку, которая оставила красный след на нежной коже.
— Вот и вся причина болезни, — показала она мужу. — Этикетка натирала.
— Откуда мне было знать? — пожал плечами Михаил, устраиваясь на диване.
— Как откуда? Нужно было просто снять и посмотреть!
— Слушай, я не подписывался быть нянькой. Это женские обязанности.
Елена повернулась к нему.
— Что ты сейчас сказал?
— То, что сказал. Я работаю, обеспечиваю семью. А дети — твоя зона ответственности.
— Миша, ты устроил мне позор перед всеми из-за этикетки!
— Зато теперь ты понимаешь, что место матери дома, а не в кафе с подружками.
— Ты серьёзно? — не поверила Елена. — Я работаю удалённо, веду три проекта, ухаживаю за ребёнком, готовлю, убираю… Когда я должна отдыхать?
— Отдыхать? — хмыкнул Михаил. — Сидеть дома с ребёнком — это и есть отдых. Попробуй в офисе пахать по десять часов!…
— А попробуй не спать ночами с кричащим ребёнком! — вспыхнула Елена.
— Да что там сложного? Покормить, памперс сменить…
— Именно! Что сложного? Но почему-то ты даже этикетку не заметил!
Михаил схватил ключи от машины.
— Всё, я выдохся. Еду к Сергею, отдохну от семейного счастья.
— Ну и беги, — тихо сказала жена. — Как всегда.
Елена смотрела на закрывшуюся дверь, держа на руках умиротворённую Юлю. Она быстро собрала детские вещи в сумку, одела дочь и вышла из квартиры.
Через полчаса она стояла у двери свекрови с чемоданом и коляской.
— Елена? — удивилась Анна Петровна. — Что случилось?
— Я ухожу от Михаила. Можно остаться у вас на несколько дней?
— Конечно, проходи. Расскажи, что натворил этот безмозглый мужчина.
— Анна Петровна, он устроил мне сцену в кафе при всех, — Елена присела на диван, качая Юлю. — Кричал, что я отвратительная мать, что дочь умирает… А на деле оказалось, что просто этикетка натирала. Он даже не попытался разобраться.
— Господи, какой позор, — покачала головой свекровь. — И что было дальше?
— Потом сказал, что дети — это исключительно женская обязанность. Что он не нянька.
— Понятно, — сухо произнесла Анна Петровна. — Значит, Юля для него не дочь, выходит?
— Именно. И знаете, что бесит больше всего? Он считает, что сидеть дома с ребёнком — это отдых!
— Дура я, — вздохнула свекровь. — Избаловала мальчишку. Думала, женится — образумится. А он стал ещё хуже.
На следующий день Михаил пришёл к матери злой как никогда.
— Мама, где жена? Она должна быть дома!
— Она никуда не денется, — спокойно ответила Анна Петровна. — А вот ты объясни, зачем устроил цирк в кафе?
— Какой цирк? Я защищал интересы дочери!
— От этикетки на одежде? — холодно уточнила мать. — Елена всё рассказала.
— Мама, не слушай её! Она преувеличивает! — Михаил нервно ходил по комнате. — Выгони её отсюда, пусть возвращается домой!
— Михаил, садись, — строго сказала Анна Петровна. — Поговорим по-честному.
— Да о чём говорить? Жена обязана быть дома!
— Елена имеет больше прав жить в квартире как мать моей внучки. А ты… Ты меня разочаровал.
— Мам, я же зарабатываю деньги!
— И Елена работает. Дома, онлайн, но работает. Плюс воспитывает ребёнка, ведёт домашнее хозяйство. А ты что делаешь?
— Я обеспечиваю семью!
— Обеспечивал бы молча. Помнишь, как тяжело было мне одной растить тебя после смерти отца? Думал, поймёшь, что значит ответственность.
— Ну что ты сравниваешь? У меня работа сложная, стрессовая…
— А у неё простая, да? — саркастично уточнила мать. — Михаил, когда ты в последний раз вставал ночью к ребёнку?
— Да зачем? У неё молоко!
— А когда последний раз играл с дочкой? Выводил гулять? Купал?
Михаил замолчал, понимая, что возразить нечего.
— Мам, я устаю на работе…
— И она тоже устает! Но при этом не устраивает истерики на людях!
Михаил злобно сверкнул глазами.
— Ладно! Найду другую женщину, женюсь на ней! А эта пусть сидит с ребёнком одна!
— Попробуй, — невозмутимо ответила мать. — Только сначала алименты исправно плати. Я прослежу.
— Мам, ты чья мать? Моя или её?
— Я мать взрослого мужчины, который должен отвечать за свои поступки. А пока вижу только инфантильного эгоиста.
Через месяц развод был оформлен. Михаил торжествовал — наконец-то свобода! Он даже привёл в квартиру новую знакомую Светлану, блондинку из соседнего отдела.
— Миша, у тебя такая красивая квартира! — восхищалась она, оглядывая интерьер.
— Ещё что, — самодовольно ухмыльнулся Михаил. — Скоро сделаю ремонт, куплю новую мебель. Теперь, когда избавился от семейного балласта, можно жить для себя.
— А что с бывшей женой? — поинтересовалась Светлана.
— Да что с ней? Живёт у моей матери с ребёнком. Пусть сидит, воспитывает.
— А алименты?
— Какие алименты? — махнул рукой Михаил. — Мать обеспеченная, всё будет в порядке.
Они сидели на кухне, когда дверь отперла Анна Петровна. За ней вошли Елена с Юлей.
— Ты зачем её привела? — испуганно спросил Михаил, увидев бывшую жену с дочкой.
— Я возвращаю законных владельцев, — спокойно сказала Анна Петровна. — Квартира теперь принадлежит моей внучке Юле. А вы, милочка, свободны.
— Мама, что ты делаешь? — крикнул Михаил.
— То, что должна была сделать раньше. Собирай вещи, едешь ко мне.
— Миша, что происходит? — растерялась Светлана.
— Ничего особенного, — холодно ответила свекровь. — Просто мой сын забыл сказать, что квартира была переоформлена на внучку ещё полгода назад. Я предвидела такой исход.
— Мам, нельзя так поступать! — взмолился Михаил.
— Могу. И поступлю. Елен, располагайся.
Светлана схватила сумочку и выбежала, не прощаясь.
— Светка, стой! — крикнул Михаил, но дверь уже захлопнулась.
Прошло два года. Михаил понял, что друзья избегают его — надоело слушать постоянные жалобы. Мать разговаривала с ним холодно, а жить в её квартире с новой женщиной категорически запретила.
Он набрал номер Елены.
— Леночка, давай поговорим. Может, вернёмся?
— Возвращаться некуда, Миша. Я уже дома.
— Но мы же семья! Юле нужен отец!
— Быть отцом можно и после развода. Никто не запрещает видеться с дочкой.
— Слушай, а может, я помогу с ремонтом детской?
— Спасибо, уже сделано. Виктор помог.
— Что? Какой Виктор? — напрягся Михаил.
— Коллега по работе. Очень хороший человек. Кстати, он пригласил меня завтра в кафе.
— Ты пойдёшь?
— Пожалуй, да. Пора начинать жить без тебя.
— Да кто он вообще такой? Какой-то случайный мужик!
— Не случайный. Он помогает мне уже три месяца. С Юлей играет, в магазин ездит, когда я была больна.
— А деньги даёт тебе тоже? — ядовито спросил Михаил.
— Нет, Миша. Просто помогает, потому что хочет. Без истерик и упрёков.
Михаил сидел в комнате матери, уставившись в потолок. Всё разрушилось из-за глупой этикетки на детской одежде. Нет, не из-за этикетки — из-за его неспособности просто раздеть ребёнка и понять, что её беспокоит.
Зазвонил телефон. Елена.
— Миша, думала, стоит ли говорить, но всё же ты должен знать. Виктор сделал мне предложение.
— Как?! — крикнул Михаил. — И что ты ответила?
— Подумаю. Но, знаешь… он не устраивает мне сцен перед людьми и с Юлей возится с удовольствием. Я ещё не решила, но…
— Леночка, постой… Ты же не можешь серьёзно! Мы прожили вместе пять лет!
— И что? Эти пять лет дают тебе право кричать на меня перед людьми?
— Да я не хотел! Просто иногда бесишь своей правильностью!
— Видишь? Даже сейчас не можешь нормально разговаривать.
— Лена, давай ещё раз попробуем!
— Нет, Миша. Виктор показал мне, как мужчина может относиться к женщине. Он читает Юле сказки на ночь и не считает это унижением.
— Так я тоже могу читать эти дурацкие сказки!
— Не дурацкие, а важные для дочери. Но ты этого не понимаешь.
— Понимаю! Просто устал работать на вас!
— Вот именно. «На нас». А Виктор говорит «для нас». Разница есть?
— Леночка, постой…
— Решено. Прости, но та семья, которую мы пытались построить, закончилась в тот день в кафе. Навсегда.
Михаил медленно положил трубку и понял: он получил именно то, чего хотел — полную свободу от семейных обязанностей. Только почему-то это совсем его не радовало.
За стеной слышался голос матери, разговаривавшей по телефону:
— Конечно, Леночка, я буду на твоей свадьбе. Это твой выбор, а внучка…
Михаил выскочил из комнаты.
— Мама! Что вы делаете?
— Разговариваю с Еленой. Она пригласила меня на свадьбу.
— Ты не можешь туда идти! Я твой сын!
— И что? Это даёт тебе право портить жизнь хорошей девушке?
— Хорошей? Да она меня бросила!
— Правильно сделала. На твоём месте я ушла бы гораздо раньше.
— Спасибо за поддержку, мать…
— Поддержка — это когда ты её заслуживаешь. А ты заслуживаешь только правду.
— Какую правду?
— Что ты эгоист, Миша. Думаешь только о себе.
— Я работал! Деньги приносил домой!
— И считал, что этого достаточно. А жена должна была терпеть твои выходки.
— Каких выходок? Я не пил, не гулял!
— Зато постоянно орал, унижал, стыдил собственную дочь.
— Не стыдил! Просто не понимал, что с ней делать!
— Любить надо было, Миша. Просто любить.
Через неделю Михаил встретил Елену возле детского сада. Она забирала Юлю, рядом стоял высокий мужчина в очках.
— Лена!
Женщина обернулась. Лицо её стало настороженным.
— Привет, Миш.
— Это он? — кивнул Михаил на мужчину.
— Виктор, знакомься. Это Михаил, отец Юли.
Виктор протянул руку:
— Очень приятно.
— Да уж, мне не очень, — буркнул Михаил, не жимая руку.
— Миша, не начинай, — предупредила Елена.
— Что не начинай? Это моя дочь!
— Никто не спорит. Ты можешь видеться, но только по выходным.
— Под его присмотром, да?
— Нет, конечно. Но если хочешь забрать её на выходные, предупреждай заранее.
— Вот как! Теперь я должен спрашивать разрешения?
— Не просто спрашивать, а обязан. Я её опекунша, а ты… просто биологический отец.
— Пап! — закричала Юля, выбегая из садика.
Девочка бросилась к отцу. Михаил поднял её на руки.
— Привет, малышка. Скучал по тебе.
— А я по тебе тоже! А дядя Витя сказал, что мы поедем в зоопарк!
— Дядя Витя? — Михаил поморщился.
— Ага! Он очень добрый. Мороженое покупает, книжки читает!
— Понятно. Купил дочке мороженое… Как ты смеешь! Лезешь в мою жизнь!
— Не в мою, а в их. Ты ушёл из их жизни сам, — пояснил Виктор.
— Я не уходил! Меня выгнали!
— Юля, пойдём, — вмешалась Елена. — Нам пора домой.
— Лена, подожди! — крикнул Михаил. — Не уходи!
— Зачем мне оставаться? Чтобы ты устроил ещё одну сцену?
— Я не устраиваю сцен!
— Устраиваешь, пап, — тихо сказала Юля. — Ты всегда кричишь на маму.
Михаил замер. Слова трёхлетней дочери оказались страшнее любых упрёков.
— Юлечка, я…
— Я боюсь, когда ты кричишь.
— Всё, достаточно, — сказала Елена. — Юля, пойдём.
Они ушли. Михаил остался один возле детского сада, осознавая, что потерял не только жену, но и, возможно, дочь. И виноват в этом был только он сам.
